Брин подала голосовую команду на выключение света потому, что ее снова – уже в который раз! – одолели горестные мысли и тяжкие воспоминания о тех непростительных ошибках, которые она допустила на посту Хана, – о том, как она оставалась безучастным наблюдателем в момент, когда Стальным Гадюкам предложили сохранить свой статус, вместо того чтобы занять по праву полагающееся им место в первом эшелоне вторжения сил Кланов… о том, как и она, и остальные воины ликовали, когда Ильхан наконец-то ввел их в дело…

А затем наступил кошмар Токкайдо. Опьяненные первыми победами, Стальные Гадюки и в страшном сне не могли предположить того, что с ними произошло в том проклятом месте, которое кто-то с мрачной иронией обозначил как Чертова Баня…

Да, это были мрачные времена. Однако потом стало еще хуже. Натали Брин подала в отставку, но сколько раз она впоследствии спрашивала у самой себя, не стоило ли пренебречь условностями и ложными понятиями стыда и пойти дальше – с гордо поднятой головой…

Тогда она думала, что с ее уходом хоть немного уменьшится тяжесть позора, которую несли Стальные Гадюки после своего отступления с Токкайдо.

Впрочем, вполне возможно, что так оно и получилось – с ее помощью. После того как новый Хан возглавил Стальных Гадюк, Клан отвоевал несколько обитаемых миров у Нефритовых Соколов.

Натали вздрогнула при одной мысли о том, что могло бы случиться с Гадюками, не отдай она в самый критический момент бойни на Токкайдо своим войскам приказ отступать. Она сохранила ядро Клана, но ей понадобились все силы, чтобы найти мужество и уйти в отставку. Вместо того чтобы с честью погибнуть на поле брани, Натали пришлось прозябать в полном небрежении и неизвестности…

Однако Клан Стальных Гадюк был сохранен, а что такое проблемы одного человека, пусть даже и бывшего Хана, в сравнении с существованием всего Клана? Ничто. Да и вообще, слишком поздно сожалеть и печалиться – после драки, как известно, кулаками не машут.