Залман отрицательно покачал головой.

– Она разрешила вольняге бороться за родовое имя! – воскликнула Натали. – Марта опирается на тот факт, что соискатель – отпрыск этого самого Эйдена Прайда и некой вернорожденной, пожелавшей иметь вольнорожденного ребенка.

Натали смолкла и глубоко вздохнула, явно пытаясь совладать со своими эмоциями.

– Не могу представить себе, – снова заговорила она, – чтобы вернорожденная, хоть и лишенная возможности заниматься воинской подготовкой, да еще и низведенная в низшую касту, могла бы даже подумать о том, чтобы родить ребенка… тем более – свободнорожденного.

Перигард Залман поморщился. Действительно, настоящему воину было противно даже подумать о таком – не то что сказать вслух.

– …И вот теперь вольняга-недоносок может стать имеющим родовое имя воином Клана Нефритового Сокола! Если, являясь Ханом Клана Нефритового Сокола, Марта Прайд ломает подобную комедию, то она сильно рискует, подражая почитаемому ею Эйдену Прайду. Это ее слабое место, и вы можете воспользоваться ситуацией, Перигард. Понимаете меня?

– Кажется, понимаю, – задумчиво произнес Залман.

– Попробуйте уязвить Марту на Большом Совете, – с легкой усмешкой сказала Натали. – Побольше сарказма, насмешливости, недомолвок, недоговоренностей и намеков – и она моментально взбесится. Мне кажется, вам стоит всячески педалировать тему невозможности получения родового имени для вольнорожденного, стараясь при этом подчеркнуть негативную роль, которую играют в этом вопросе Марта и ее Клан. Я думаю, что изрядная доля насмешки, граничащей с прямым оскорблением, неминуемо заставит Хана Соколов потерять голову и бросить вам вызов.

Залман почесал в затылке, потом довольно усмехнулся.

– Я так и знал, что вы дадите мне хороший совет, – сказал он. – Собственно, я потому сюда и пришел, что был уверен: Натали Брин найдет выход из любого, самого затруднительного положения!..